September 4th, 2012

Пара Беллум

Штурм ТВ. Русская правда, выпуск 13. Чубайсовский рынок съел больше, чем людоеды за все века.



Русская правда, выпуск 13. Чубайсовский рынок съел больше, чем людоеды за все века.
Ю.Екишев, Север России, убитая деревня на федеральной трассе.


Каждый из вас знает сотни людей, которые живут простой жизнью и которые – скажи им всю правду, о разрушении страны, о насилии над детьми, о выгнанных русских из Чечни, о украденных ресурсах и бюджете – возмутятся. Или скажут, что не может быть. Или покрутят пальцем у виска. Нынешняя правда настолько чудовищна, что большинство равнодушно к объему растления, убийства, насилия… Правда тонет в океане путинско-чубайсовской лжи и притворства, что все хорошо, что все так и должно быть.
Ежедневно, чтоб не чувствовать боли от умирающей страны, человек принимает наркотик лжи. Ежедневно, чтоб не видеть смерти, человек пускает по своим венам сыворотку обмана. Ежедневно, чтоб защитить путинско-чубайсовскую нечисть, напрягаются алкогольные и пивоваренные заводы, телевизионные и газетные редакции, тренируются поддерживающие режим псевдо-спортсмены, чей труд в сотни тысяч раз режим ценит выше достижений ученых. Они все производят тот продукт, ту дозу анестетика, которая делает человека нечувствительным к боли его большой семьи – Руси.
Из миллиона ежедневных вариантов действий – только один путь настоящий. Из миллиона слов – только одно живое. Тебе дают бесконечное разнообразие «виртуального хлеба и зрелищ», а только одно – пригодно для жизни. Не нтвшным гмо-«хлебом» человек жив, а только правдой, только словом, исходящим из уст Божиих.
И правда сегодня в том, что мы, страна Русская и народ, на краю смерти. Каждый человек – живет образами, которые его останавливают, или наоборот, двигают к действию. Наш образ – чистая Русь. Без обмана и насилия. Без наркотизации и издевательства над пенсионерами. Русь без пивного «выноса мозга» молодежи и где есть уважение к старшим. Русь без «енеральских» дач и чиновничьих откатов.
Невозможно? Это тоже неправда. Мы так жили и будем еще жить.
Если встанем.